С самого верху получили приказ быстро нейтрализовать Рубена Айрапетяна, так как 23 декабря пройдут выборы Федерации футбола Армении.

Список парламентского большинства составил Пашинян: непонятно, на кого он жалуется, когда констатируется дефицит политической мысли парламентского большинства.

Проект отправки судей на досрочную пенсию решает вопрос не ухода с честью, а жизни без чести.

Когда деревенщина говорит об эстетическом вкусе, а самозабвенно предающийся еде и удовольствиям – о сдержанности.

В сравнении с предыдущими парламентами, сегодня мы имеем самый безграмотный, лишенный человеческих качеств парламент, который очень дорого обходится нашему госбюджету.

Мне кажется, что премьер прекрасно знает, что тот судья, который имел хозяина при предыдущей власти, нашел своего нового хозяина еще 1,5 года назад.

С приходом к власти революционеры в еще более извращенной форме делают то, что критиковали до революции. Они становятся плохой копией предыдущего.

Лозунг Пашиняна о том, что решение должно удовлетворить все стороны конфликта, – пустая, ничего не говорящая, наивная формула посредника.

Тот судья, который не хочет нарушать закона, должен незамедлительно выпустить Роберта Кочаряна на свободу, а в случае подобного решения он попадет под мощный удар.

Непосредственный судебный процесс по делу «1 марта» осуществляется в пошлой форме, и он не имеет к «1 марта» никакого отношения. Это скорее напоминает процесс по замазыванию чего-то.

Этот судебный процесс, согласно планам, должен был идти без Роберта Кочаряна. Они плохо его знали: вернувшись в Армению, он смешал карты власти.

На фоне серьезных внутренних и внешних вызовов ужасно следить за тем, какие темы входят в топ-10 самых обсуждаемых.

Азербайджан упустил возможности решить карабахский конфликт силовыми методами. Этого не допустят и внешние игроки.

Власти всячески хотят избавиться от 7 судьей КС, так как поняли, что КС не исполнил их волю.

Неопределенность последних 1,5 лет в переговорном процессе в основном была обусловлена Пашиняном. Эта ситуация дала азербайджанцам позиционное преимущество.

В процессе урегулирования Карабахского конфликта имеем довольно сложную и запутанную, а на переговорном столе – как минимум острую ситуацию.

Уголовное дело в моем отношении – классический пример политического преследования: в прошлом году премьер пригласил меня на встречу, и меня задержали в его приемной.

В министерстве иностранных дел снимается трагикомедия «Трудности перевода».